Когда влюблен, стыжусь всего, что о Любви сказал. Хоть объяснения, слова и проясняют смыслы, Любовь безмолвная ясней и просветленней… Как то перо, что по бумаге проносилось, Но до Любви дошло и тотчас расщепилось. Руми "Маснави"

Вечером – сэма. Собрание с музыкой и танцами, как говорит энциклопедия. Ничего не передающая и не объясняющая формулировка. А как объяснить? Похоже – это как раз тот случай, когда слова не помогают. Надо быть внутри. Сердце знает то, что не удержит ум.

Я была зрителем, да еще и с камерой, поэтому могла только наблюдать и сопереживать.

Впервые я увидела сэма в традиции мевлеви.  Проходила она в специально устроеном для этой цели зале роскошного Дедеман - отеля. Вход был свободный, людей посмотреть на нее пришло много. Большинство – с детьми. Дети бегали совершенно свободно повсюду, никто не пытался их ограничивать или ругать. Взрослые тоже вели себя  естественно. Никто не просил выключить телефоны и фотоаппараты. Дети могут помешать молитве? Что может помешать молитве?

Все, что происходило потом, было и торжественно, и трогательно, и целостно. Я не могу пока объяснить символики  происходящего – может быть, со временем буду понимать. Музыканты –суфии играли живую музыку – она и сама по себе была замечательна. Слепой имам Али самозабвенно пел молитвы в сопровождении традиционных интструментов, которые я пока не знаю по именам. Семазен выходили несколько раз.  С первого шага ритм их движений создавал основу для молитвенного или трансового состояния.  

Шаг – остановка, шаг – остановка… Эфенди Лорас был в круге со всеми, благословляя каждого семазен на…кружение? Танец? Молитву? Удивительно было наблюдать за тем, как раскрываются характеры людей, как видны уникальность и красота души человека во время кружения… Как нет двух похожих снежинок…

Разные образы, разные рисунки движения, разные чувства… Жизнь…

Я бы хотела быть внутри, с ними, разделить опыт… Но – это путь, и на пути есть этапы, когда-то можно сделать прыжок, и даже взлететь, а в другой момент -нащупать ногой почву. Все честно...И ничто не может быть более или менее важно. Я рада, что оказалсь здесь, рада тому, что делаю. Я смогу рассказать, поделиться. Смогу вернуться сюда для нового опыта. Я благодарна тому, как это все происходит. Единственно возможным образом. Шаг – остановка, шаг – остановка... И – молитва. Если про душу не забывать.

Движения дервишей красивы, но самое прекрасное – то, что не перепутаешь ни с чем – молитвенное состояние. Каждый семазен – глубоко в своем, и все -вместе. Не смущаясь присутствием зрителей, вспышками фотоаппаратов и суетой детей, люди молятся, и за себя и за других, за всех... Очень свободно. Для меня важны эти свобода и искренность, внутренняя правда, которой не могут помешать никакие внешние обстоятельства.

Это - красиво.

Оказывается, то что дервиши выходят в черном, и проходят так три круга, символизирует три уровня развития души - душа минералов, растений и животных, и уже потом они снимают с себя темную накидку - и начинают кружение-молитву... как люди...а в конце - снова одевают темное, возвращаясь в реальный мир....

Из моих прежних стереотипов я могла бы сомневаться, может ли сакральное действие совершаться в отеле, в присутствии зрителей. Но я видела этих людей. Я знаю, что для них значит эта общая молитва, как они готовились к ней, как много лет идут суфийским путем, как глубоко переживают все происходящее. Я вижу лица турецких семазен. Они - живые и вдохновенные. Это – интернациональная сема, в ней участвуют и американские учителя, и турки. Все вместе. И это тоже – необычно, жизненно и правдиво. Мевлеви. Такая традиция. Она живет там, где люди, в современном мире, в нашей реальности. Не в музее и не в резервации, не в закрытом сообществе, а - здесь, в Дедеман-отеле, вход - свободный. Так сказать, на базаре жизни. Я люблю Бога и Бог любит меня. Прямо сейчас.

Для меня это как раз свидетельство того, что традиция – живая, она меняется вместе с бытом и жизнью людей, и в то же время остается целостной. В сути своей – неизменной.

Когда-то Руми упрекали в том, что он допустил к ритуалам женщин, музыку... Чувства... Я знаю много людей, которые считают чувства опасными или неважными. Важнее – порядок. Статус. Власть. Часто такие люди  устойчивы материально. Уверены в своей значимости. Или не успешны. Но устойчивы по-своему. Они способны прешагнуть и через себя, и через чувства других. Совершить предательство – да, способны, ведь важнее всего – достижение цели. Или выживание. Или превосходство. Власть. А все эти нежности... Оставьте в романах.

Благородство, порядочность, естественность, любовь – они не имеют цели. Но живут в сердце. Их невозможно оценить. Они не всегда выгодны. Но и не всегда опасны. Это всего лишь другой мир. Мир души. И чувства – они оттуда. И там они –  важны.

Это не объяснить человеку, который сделал в жизни иной выбор. Но он может почувствовать. Если осмелится.

После сема мое тело гудело от напряжения – держать неподвижно камеру, не следовать импульсам и порывам души и тела – не проходит бесследно. Усталость и боль в спине происходят не от действий, а от этой вот сдержанности... Против естества.. А от семазен веяло покоем и тишиной. Хуууууу...

Завидую.. Все-таки – завидую этому состоянию внутренней тишины, хоть и не сомневаюсь, что делала правильное дело, сняв – уж как смогла – сема на видео.

Опять забыла молиться во время работы. Привычки нет? Веры маловато...Все еще...

Я вспоминаю, как впервые говорила с шейхом Лорасом. Рассказала о себе, об идее делать документальные серии «изнутри», из личного опыта в традиции. О том, как впервые меня стала учить этому Бифатима апа, оставив у себя на много месяцев. Как эфенди посмеялся – «Она нашла тебе легкую работу! Ты можешь приехать куда угодно, и у тебя будут друзья. Вот и сейчас, я – твой друг, ты можешь жить в дерге, и другие – тоже друзья...»  Не знаю, можно ли назвать эту работу легкой, но контракт действует. Только пошевеливайся.

Днем мы побывали на могиле отца эфенди Лораса. Того самого, который 20 лет проработал на кухне. А потом основал американскую школу мевлеви. И изменил жизн многих людей. В том числе – и тех, кто в эти дни прилетел в Конью. Американски мевлеви много говорили об удивительной мудрости Сулеймана деде, о том, как в его присутствии сами приходили ответы на все вопросы, в душе воцарялся мир и ясность в мыслях. О том, как он видел и чувствовал каждого, хотя почти не говорил по-английски. Я знаю, о чем это. Приходилось переживать подобное. Так она и действует – сила духа. И опыта. И веры.

После - пошли к Мевляне и Шемсу. Я ждала этого момента, как встречи с важным для меня человеком. О чем это будет на этот раз?

В прошлый свой приезд я заметила, что у Мевляны проживаю что-то, сязанное с миссией, с творческой реализацией. Словно мне хочется попросить великого поэта и философа дать мне силу прозвучать о том, что слышится внутри. Так, как это должно быть. А вот у Шемса  - звучали личные истории. И рядом с ним мне было легче понять и принять свои чувства. Например – услышать, что есть обида, которую я запрещаю себе чувствовать. На мужчину, который не защитил в трудный момент. Я может и сильная, может и справлюсь сама... Но обида есть. Живая. Что теперь? Принять ее. И уже тогда всем сердецем - простить.

На этот раз у Мевляны я отчего-то задумалась о своих родных. Только что я прочла несколько  биографий Руми, и ярко представила себе его детство, детство сына знаменитого богослова и законника, Султана Улемов, как его отец сам себя поименовал, а остальные приняли, с возражениями или без. Представила, что это был за характер, каково быть сыном такого человека, сколько приходилось пройти юному Мевляне, чтобы заслужить одобрение отца, какие уроки и испытания... И как он потом встретил Шемса – человека Сердца, и пошел за ним, готвый на многое, бесстрашный и самоотверженный. Это долго сейчас объяснять... Вкратце – побыв здесь в этот раз я оказалась готова принять своих родителей, как учителей. Таких, какие они сейчас. Без отвержения. Что есть - то есть. Не в том смысле, чтобы следовать всем их советам, этого делать как раз нельзя, если я хочу прожить свою а не их жизнь. Но принять, что их недовольство и критика – это тоже энергия, которая может меня ставить в оборону, а может продвигать дальше, развивать. Они лучше других знают (сами воспитали) мои слабые места и попадают в них снайперски – ну так и спасибо... Можно их налаживать, а не косервировать. Интенсивно проживать реальность. «Почему мало зарабатываешь» – а правда.  Отчего  бы и не поработать на материальный ресурс. «Не хочется, не мое» – да ладно... Просто направить внимание, а уже решать задачу -  так, как я сама придумаю. По-новому. Это действительно вопрос независимости... Например. Или - «Где твои великие произведения, с чего ты взяла, что должна заниматься этим, а не работать на телевидении как раньше». А правда – где? Пора уже создавать продукт, который не только в моей внутренней реальности живет. Действительно давно пора, и это правда – работа. Тон и эмоцию можно не принимать во внимание Если, конечно,  я не буду в моем то возрасте все еще ждать оценки, как ребенок, который зависит от старших, боится их и ранится о непонимание. Ведь у каждой светлой части есть тень и наоборот. То, что мне тяжело в обиде и защите, может оказаться поддержкой в движении... из другой позиции, из взрослой, со своей опорой и своим танцем... Почему именно сейчас я думала о них и чувствовала это?

Руми подсказал, поделился – из своей истории, своего опыта, своего духа?  Кухня как то повлияла? На которой некогда было себя жалеть и бояться реальности?  Как бы ни было – сохраню это... Возможно, поможет стать мягче что ли... Свободней... Оставаться спокойной и открытой рядом с «большими» для меня фигурами, не зажиматься, не съеживаться и не уходить в защиту...

А у Шемса –  снова о любви... «ты можешь любить»... И снова, и снова, и снова...

На следующий вечер в дерге был зикр. Особый, торжественный. Приехавшие учителя мевлеви получали особые инициации. Среди них – женщины. Это – уникальная ситуация, очень значимая для традиции. Впервые эфенди Лорас дает такие посвящения – постшахин, тем кто будет продолжать учить людей после его ухода. Такого раньше не делал ни он, ни его отец... Впервые в традиции? И мы тут... Конечно же, я снова выбираю снимать... Хотя хотелось – участвовать, быть со всеми... Но сейчас это – моя работа... как кухня...

Зикр был снова с живой музыкой. Музыканты, Али.. Гости... Турчанка, которую я уже не в первый раз вижу в дерге, благодарит американцев за чудесную сему, живую и интернациональную. Говорит о том, что многие местные люди приняли ее близко к сердцу.

Играет музыка, молодая женщина рядом со мной сразу входит в транс... я стараюсь не мешать со своей камерой – но, похоже, это в основном мои тревоги, никто не обращает на меня особого внимания.

Не знаю, надо ли подробно рассказывать о зикре, о кружениях, о посвящении, на котором мы присутствовали... Попробую об этом подумать, почувствовать...

Зикр – это маленькая сема, когда музыка, дыхание и общее звучание, повторение общей молитвы помогают каждому из присутствующих прийти в молитвенное состояние, открыться сердцем. Вначале  - молитва и общее движение, затем –  шаги и кружения, с разными рисунками и способами движения. Ощий круг, круг в круге, несколько групп...

Я видела самоотверженность Джеллаладдина Лораса. Он очень нездоров. Очень. Но в этот вечер – именно он держал всех, двигался, пел, вел процесс и это было сильно. И красиво. Я помню женщин, которые кружилсь в центре зала и ритмично шагающих мужчин, дающих им ритм и основу.

Интересно, что посвящения некоторых учителей назывались Атеш баз, по имени повара Мевляны, а ныне – почитаемого в Турции святого.

Что это значит? Тот, кто заботится о других? Прошедший какую-то кухню? «Приготовленный»?

Спросим об этом завтра...

Все закончилось глубокой ночью, наутро многие гости должны были улетать. Рано, в 5- 30. Все они заранее попрощались с шейхом. Мы с Машей поднялись сделать им прощальный завтрак. И, конечно же, эфенди тоже пришел. Это  - традиция мевлеви, провожать до двери. А то и до самолета.  Иначе быть не может...  Вот это – неизменно. И незыблемо. Как и гостепримство суфиев, как вера, как любовь к искусству... и еще, наверное, многое откроется...

Что такое мевлеви сейчас? Что приводит сюда людей из разных культур, стран и даже разных религий? Эти вопросы мы задали в интервью всем здесь...

Ответы – обработаем с Марией, переведем с английского и опубликуем.

Ну а видео я смонтирую конечно же... мало помалу...

Перед отъездом я спросила эфенди Лораса о том, как мне двигаться дальше в этой истории... Личная практика? Приехать снова?

Ответ – молитва. Она поможет понять, каков должен быть следующий шаг...

Я почти не сомневалась, что услышу именно это.

Добавить комментарий