Турция, Конья. Дом шейха ордена Мевлеви Джеллаладина Лораса. Обеденное время, скоро все соберутся за столом.

Здесь идет семинар для старших учителей американских школ Мевлеви. Люди, приехавшие сюда, преподают суфийские практики уже по нескольку десятилетий. Кому-то из них сильно за 70, моложе 50 нет никого... Сейчас они проводят закрытую часть семинара, гостям туда нельзя. Мы приготовили обед и ждем... нас четверо – жена шейха Нурджан, американка Бет – она прилетела специально, чтобы помогать на кухне в течение семинара, моя подруга Маша Гусева (о ней – отдельная история) и я.

Как я сюда попала? Зачем приехала? За сегодняшнее утро меня спросили об этом несколько человек. Я и сама задавалась таким вопросом, покупая билет в Стамбул, и потом – когда ехала 10 часов по прекрасной горной дороге в турецком автобусе... Зачем? И как? Чего я снова ищу – в дороге, в неизвестности, в переменах, в новом опыте? Где я и кто я? Что я делаю со своей жизнью?

Два месяца назад, когда я впервые приехала в Конью и пришла в музей Мевляны, сердце мое было переполнено болью, страхом, почти отчаянием. Нет, ничего особенного – просто кризис. Временно закончились силы жить. Бывает. Возле тюрбе великого святого, а потом еще и у Шемса я наконец смогла выплеснуть все, что нельзя было, нехорошо переливать в рассказах на головы друзей и родных, а разделить с кем-то очень хотелось. Святому – можно, и выговориться рядом с ним, и прожить ситацию – словно уже с поддержкой близкого человека, который просто слушает и принимает, не судит а разделяет со мной мои самые горькие или горячие чувства. Это бывает важно, когда не хватает собственных душевных сил для любви и приятия. Когда важно не быть одному – а получается как получается. Если понять, что дух святого – живой, что с ним можно говорить, делиться, советоваться, если просто открыться, не задумываясь, искренне, -  то что-то случается. Силы восстанавливаются, это правда. Ответы приходят. Страхи отступают. Я научилась этому когда то в Арыстан-бабе, и теперь в сложные моменты иду к святым. Не важно, какой религии, дело ж не в этом. В тот день, у Руми я, словно в ответ на мою растерянность перед жизнью, услышала в голове – «пиши». На выходе я зашла в магазин и, повинуясь внутреннему импульсу, купила себе авторучку. Как знак. И... не смогла. Пока не смогла...

Может быть, я приехала снова в Турцию для того, чтобы послушаться наконец? И Руми, и Бифатиму апу, которая все время говорит мне записывать, рассказывать людям обо всем, что я вижу, что испытываю... зря что ли я живу так... а как? Не так как все? А кто все? Хорошо, просто – зря что ли я живу...

Идея поехать в Конью бродила в моей голове давно. Но пока она была только в голове, до дела не доходило. После стольких лет с Бифатимой - апой слово дервиш вошло в мою жизнь довольно прочно, но какими они в их практике и в культуре живой бывают, суфийские дервиши?.. Я до сих пор видела только апу, но апа – это апа. Особый человек. Она – мать. Дает жизнь. А дальше - школа? Одним словом, мне нужен был еще опыт. Моему уму. Но, видимо, на тот момент не сердцу.

В один из дней я увидела в интернете комментарий Маши Гусевой, о том, что она едет в Конью и готова «передать что-то Мевляне». Я мысленно настроилась и обратилась к святому с просьбой открыть мне дорогу в его страну и в его традицию. Кружащиеся дервиши – это первое, что ассоциируется с суфиями у современного человека. Я знала, что это – один из орденов в суфизме, красивый и артистичный. Его основатель, Руми – великий поэт и философ... В тот же день мне позвонила Маша и сказала, что она рассказала обо мне, о моем намерении сделать документальный проект про суфиев мира, шейху мевлеви Джеллаладину Лорасу, в доме которого она принята «как своя» вот уже несколько лет. И что шейх готов со мной говорить, позволит практиковать с его студентами суфийское кружение и дыхание, и даже дает мне возможность остановиться или в  его доме, или в домике для гостей (но там я должна буду сама топить печь). Мне отчего то именно этот комментарий про выбор жить со всеми или топить свою печь оказался важным и знаковым. Словно шейх услышал мои мысли о том, что я хочу теперь побыть сама с собой, ищу большей самостоятельности в развитии, чем я позволяла себе несколько предыдущих лет. Услышал – и дал понять, что все – мой выбор. Только мой. Научись топить печь – и живи где хочешь. Я поняла - и решилась ехать. Вопрос даты поездки оставался открытым...

Разумеется, все произошло именно тогда, когда мне самой особенно это было нужно. Жизненно необходимо. Хоть куда-то, но двигаться. То есть – два месяца назад...

О той поездке я напишу отдельно, тогда мы и получили приглашение приехать на этот семинар для учителей мевлеви. Помощниками по хозяйству, разумеется. «Обычно мы не пускаем туда никого, но вам повезло, приезжайте. Вы не сможете жить в дерге – дом полон, остановитесь где-нибудь в городе», - сказал Джеллаладин Лорас тогда. Я приехала вчера, и... нас не просто оставили в доме. Мы спим в комнате жены шейха, Нурджан. Где спит она сама – непонятно. Но нет никакого напряжения – Нурджан деликатно стучится, чтобы подойти к собственному шкафу с одеждой – и лучезарно улыбается при этом. Все очень легко. Правда легко, мы с нею целый день на ее кухне провели сегодня – она веселится над нашей неискушенностью в премудростях турецкой кулинарии, зовет нас «кухонными ангелами» и поет «калинку». Это все как то очень по-человечески и трогательно. Про любовь к людям. Суфии...

...«А вот Сулейман-деде, папа нашего шейха, 20 лет проработал на кухне в дерге», - шутит Маша после того, как мы убрали со стола и отползли к кровати полчасика поспать. Да, помню эту историю. А потом он стал шейхом Коньи... О нем  вспоминают, как о человеке, равного которому теперь нет. Времена поменялись, в Конье теперь нет даже школы с традиционными 1001 днем обучения, единственная школа, где системно учатся суфийским практикам студенты – похоже – только у нашего шейха, и длится это обучение 9 месяцев. Пусть не полностью как прежде – но все же это шанс получить опыт в традиции у учителя, выросшего в ней и посвятившего ей всю свою жизнь. Редкость по нынешним временам. Мы вот, теперешние, помыли посуду денек-другой, помогли в дерге по хозяйству, и уже чувствуем себя удивительно смиренными и безусловно любящими... Ну хорошо, это я о себе, не буду обобщать... Хотя... О, времена...

Днем один из участников вышел из практики – к нам. «Дрожат ноги и руки, возраст...» А я заметила, как тихо стало в кухне с его появлением. Это не была неловкая тишина, напротив... Тихо стало внутри меня, а не снаружи. «Я вчера написала маме, что здесь для совместной практики собрались люди ее возраста и старше, а она спросила меня, для чего? Зачем они это делают? Наверное, это вопрос Вам...» Гость улыбнулся... «Всю мою жизнь я ищу мира в душе. Я видел много учителей и теперь я знаю: то, что они говорят – правда. Я знаю это, потому что я практиковал. И сила духа – это тоже реальность.»

А вечером были кружения. Как по-разному раскрываются люди в танце, как каждый сегодня по-своему звучал... Немолодые люди – и в каждом столько красоты, плавности, вдохновения, уникальности... Я думала о том, какой хотела бы быть еще через тридцать лет... И сейчас тоже, ведь и у меня есть свой танец...

Добавить комментарий